Богослужение, во время которого совершается таинство причащения, называется св. литургией (на армянском - патараг).
Чин св. литургии Армянской Апостольской Церкви основывается на служебниках св. Василия Кесарийского и св. Григория Богослова. На протяжении веков претерпевая изменения и дополнения, в своем исполнении на армянском языке, с особым характером ритуалов и самобытными армянскими песнопениями св. литургия превратилась в национальное достояние.
При совершении св. литургии используются просфора, приготовленная из пресного хлеба, и чистое вино, используемая во время таинства Причастия
Те, кто не приступают ко св. причащению, могут и должны участвовать в литургии молитвой, верой и особенно непрестанным воспоминанием Господа нашего Иисуса Христа. По окончании патарага непричастившимся раздается мас (антидор) - части освященного тонкого пресного хлеба. Мас раздается, с одной стороны, в воспоминание о вечери любви, которая в древности совершалась после Божественной литургии, а с другой стороны, чтобы непричастившихся прихожан не оставить беспричастными Божественной трапезы и благословения.

Ниже приведена книга о Св. Литургии с комментариями Католикоса Всех Армян Вазгена Первого.



НАША ЛИТУРГИЯ

Однажды мне попалась книга, изданная в Константинополе в последний год 18 века, в которой рассказывалось о Святой Литургии и других таинствах на основе толкований Хосрова Андзеваци и Нерсеса Ламбронаци, авторов X-XII веков.
Автор книги, Иованнес Арчишеци, в предисловии пишет:
"Мы однако не видим, чтобы современники наши прилагали усилия. Иные совершенно не придают значения чтению Священного Писания, а если и читают, то никогда не раздумывают над прочитанным. Иные читают книги, но не могут воспринять их. И есть, которые всегда говорят наизусть Священное Писание, но не знают и не постигают ни псалмов Давида, ни молитв Святой Литургии".
Моё внимание привлекли те строки, в которых автор сетует на то, что верующие его времени безразличны к Священному Писанию или же читают, но над прочитанным не задумываются, или же не понимают вообще, в то время как другие знают наизусть и каждый день произносят слова Священного Писания, не постигая, однако, смысла выученного.
Читая эти строки, я задумался, а в каком положении с этой точки зрения находится верующий армянин наших дней?. Не составляло труда дать ответ.
Большинство тех, кто посещают наши церкви, не только не читают Священного Писания, но и совершенно не понимают чтений в церкви. Более того, большая часть нашего народа и, в особенности, молодое поколение не понимает значения церковных обрядов на сколько нибудь элементарном уровне.
Откуда столько равнодушия и незнания?
Причина - не в безверии народа и отнюдь не в недостатке уважения к Армянской Церкви.
Главной из причин, по нашему мнению, является отсутствие учителя и толкователя как в семье, так и в школе. Ни в церкви, ни вне церкви духовные лица этим не занимаются. Нет и литературы для этих целей. Между тем, как нам кажется, даже человек, не считающий себя верующим, прежде обязан ознакомиться и понять значение этих обрядов, их сокровенный смысл и лишь затем, по зрелом размышлении и рассуждении, он может прийти к окончательному решению о своём отношении к религии и Церкви. С удивлением замечаем, что до сих пор нет издания, которое ясным и понятным образом объяснило бы народу обряд Святой Литургии.
Среди нас, особенно среди духовного сословия, бытует достойное сожаления мнение не обучать других тому, что познано тобой, как будто церковные обряды и таинства являются неким секретом и знание их - своего рода привилегия, которую не следует передавать другим.
Это мнение и есть одна из причин того, что народ остается непричастным к смыслу обрядов, и не готовятся новые поколения для Церкви.
Наше убеждение состоит в том, чтобы объяснять церковные таинства, молитвы и другие обряды, делая их понятными, обучать церковным песнопениям наше молодое поколение; возможно, в ком-нибудь и проснется призвание к Церкви. И Церковь наша таким образом сможет подготовить себе новых служителей. Но, кажется, совершенно противоположное мыслят наши старейшины, будь то псаломщик, священник или высо-копоставленное духовное лицо. А это, на самом деле, противоречит христианскому духу и интересам нашей Церкви.
Апостол Павел в одном из посланий говорит:
"...Дабы утешились сердца их, соединённые в любви для всякого богатства совершенного разумения, для познания тайны Бога-Отца и Христа" (Кол. 2:2), то есть, наказывает утешить сердца всех людей и без исключения учить всех знаниям божественных таинств.
Церковь Христова тайн не имеет ни от кого. Все ее таинства, образы и понятия должны быть достоянием всех. Христианство - религия народа и не приемлет, какой бы то ни было, психологии или положения групповой, классовой или кастовой исключительности.
Практическим выводом наших размышлений пусть станет распространение Евангелия среди всех слоев нашего народа, объяснение наших церковных обрядов и ритуалов, обучение народа и юношества нашего духовным молитвам и церковным песнопениям.
Вот почему у нас возникла идея поделиться с книголюбящим народом нашим частью того немногого, что познано нами, и тем быть полезным укреплению духовной жизни.
Наше желание, чтобы наши прихожане, особенно юноши и молодые люди, непременно прочли сию книгу и обсудили бы Слово Божие.
Итак, вниманию наших верующих представляем "страшную тайну" Святой Литургии в ясном и понятном для всех толковании.
Убеждены, что каждый армянин с любовью должен взять в руки эту книгу и непременно прочитать её и понять то Таинство, которое народ наш исповедует вот уже два тысячелетия и хранит и бережет как святыню святынь.
Интересным и весьма полезным было бы объяснение всех церковных обрядов, однако в настоящее время мы ограничимся только Святой Литургией, оставив гораздо больший план работы на будущее.
Прежде, чем подойти к Таинству Святой Литургии, мы должны задаться вопросом: что за чувство, идея, что за душевная необходимость толкает верующего к церкви? Иными словами, какими чувствами переполнен, какими душевными потребностями должен быть побуждаем истинно верующий человек, чтобы прийти в церковь?
Задаём этот вопрос, ибо знаем, что многие из нас приходят в церковь из побуждений и настроений совершенно далёких от истинных. Перечислим их:
а. Некоторые приходят в церковь для времяпрепровождения, подобно тому, как если бы они отправились на прогулку или в театр.
б. Есть те, которые приходят повидаться друг с другом, поговорить или продемонстрировать свои наряды и украшения.
Этих людей, разумеется, следует осудить, а затем объяснить им истинную цель прихода в церковь.
в. Есть иная категория людей, которые приходят в церковь по традиции, рассматривая это как национальную обязанность, как подтверждение их армянства перед другими и перед своей совестью.
Естественно, этот случай осуждению не подлежит, и следует приветствовать, если человек какую-либо достойную деятельность превратит в традицию, при условии, однако, что традиция эта не станет всего лишь формой, а сохранит свой глубокий смысл и значение, что не присуще многим нашим верующим. Помимо этого, здесь есть ещё один аспект, а именно - взаимоотношение национального и церковного. Мы всегда повторяем, что наша Церковь - национальная, что она есть основа армянства и это - совершенная истина. Однако это вовсе не значит, что посещение церкви есть всего лишь одна из национальных обязанностей. Недостаточно быть хорошим армянином в других своих обязанностях, чтобы быть причисленным к лону Армянской Церкви. Равно как, если армянин по своим убеждениям не является верующим, это отнюдь не значит, что человек этот не может быть хорошим армянином.

Истинно религиозное чувство в сути своей не имеет национального характера, но в своём историческом формировании, развитии, в своих проявлениях оно приобрело особые формы, соответствующий духовный и исторический отпечаток для того или иного народа.
Иначе говоря, Церковь в сути своей - исключительно духовное, вселенское явление, а по форме - национальное. Следовательно, чувство душевной необходимости пойти в церковь не следует путать с национальным самосознанием.
г. Многие приходят в церковь, привлеченные поэтичностью чтений Священного Писания и молитв, чарующей церковной музыкой или же церковными барельефами, настенными росписями и образами.
Действительно, всё это доставляет эстетическое удовольствие и глубоко трогает душу культурного человека, поднимая его в мир прекрасного, но было бы ошибкой принимать эстетическое удовольствие за религиозное чувство.
Молитвы и [церковная] музыка - лишь средства подъёма истинных душевных переживаний.
Вышеупомянутый Иованнес Арчишеци так объясняет значение музыки и стихов в церковных обрядах:
"Сладкозвучное пение псалмов и шараканов услаждает слух людей, чтобы помыслы их очистились от телесных забот и пением они слились бы с Богом".
Эти строки ясным образом подтверждают ценность и роль музыки и [псалмопения] в церковных обрядах.
д. Наконец, есть люди, которые приходят в церковь молиться с целью обмануть других и самих себя своей показной набожностью и считают грехи свои искупленными ценой этих нескольких молитв, и довольные, с торжествующим видом отправляются домой.
Таков герой новеллы Григора, Зохраба "Грешен, Господи". Человек, шесть дней is неделю использующий труд других людей, отнимающий у них добытый их потом кусок хлеба, лгущий и лицемерящий, на седьмой день в церкви прилюдно молит "Грешен, Господи", будучи уверен, что милосердный и всепрощающий Бог простит и его. И на следующий день, в понедельник, вновь принимается за свои прежние дела, уже со спокойной совестью. Что из того, что дела его не чисты и не добры? Разве не пойдёт он в следующее воскресенье в церковь молиться и получить отпущение грехов?! Вот пример человека, пользующегося добролюбием Бога и обманывающего не только других, но и свою совесть.
Что же является тем основным чувством, которое должно притягивать человека к церкви, к Таинству Святой Литургии? Правильный ответ мы найдём, если вспомним и рассудим рассказанную в Евангелии Иисусом притчу, известную под названием "Мытарь и Фарисей" (Лука, 18, 10-14). Два человека в храме, стоящие далеко друг от друга, молятся так, что ни один не слышит молитвы другого. Один из них - фарисей, то есть, еврей из богатого и законопослушного класса, имеющий почётную должность. Фарисеи были людьми, почитающими Закон, за что народ уважал их как образцовых соотечественников в религиозном и национальном смысле, они стояли во главе антиримских настроений и защищали идею политической независимости еврейского народа. Другой был из простых и незнатных евреев, занимавшийся сбором податей, за что и звался мытарем. Вообще, мытари творили разные беззакония к своей выгоде и по этой причине слово "мытарь" среди евреев приобрело значение "обманщик". Фарисей, простирая руки к небу, с гордой осанкой, громким голосом обращаясь к Богу восклицал: "Боже! благодарю Тебя, что я не таков как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь; пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю".
Мытарь же, стоя поотдаль, дрожа и едва осмеливаясь поднять глаза, ударял себя в грудь и говорил: "Боже! будь милостив ко мне грешнику!"
Рассказав эту притчу, Иисус заключает:
"... сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот", (то есть, Фарисей).
И добавляет Иисус:
"... всякий возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится".
Следовательно, вопреки тому, что мытарь был более грешен, чистосердечностью, глубоким раскаянием и искренней молитвенностью он был более "оправдан", нежели другой, кто в молитве пред Богом и людьми хвалил себя.
Этой притчи достаточно, чтобы показать нам то истинное состояние духа, которым должен быть преисполнен верующий, переступающий порог церкви и готовящийся принять участие в Святой Литургии. Сразу же скажем, что это истинное состояние духа есть идея личной греховности, осознание чувства своей вины, своих ошибок и страдание за грехи человеческие.
Ибо "кто тот человек, кто живёт и не грешит?"
Вот то внутренне осознанное правило, закон, который подобно побуждающей силе создаёт духовную необходимость прийти в храм Божий и помолиться.
Только сознание греховности и вины придаёт смысл молитве. Только тогда мы можем просить и пребывать в религиозно-духовной атмосфере, только тогда церковная музыка усладит наш слух, и мы можем вникнуть в мученические лики святых, узреть Иисуса, наконец, только тогда мы можем понять Евангелие и познать также Таинство Святой Литургии.
По нашему убеждению, осознание христианином своего греха имеет следующие ступени духовного развития:
а. самоосуждение,
б. самонаказание,
в. самоисправление.
Известно, что человек - то единственное существо, которое имеет самосознание, понимает творимое им добро и зло и, вероятно, сознаёт, что за совершенные поступки оно ответственно, и добрые и злые дела имеет возможность судить пред своим внутренним миром, который зовётся одним словом-совесть. Хримян Айрик так определяет [это основополагающее понятие]: "Совесть- это требовательный страж, который подобно судье восседает на престоле сердца и всегда напоминает о себе". Наше самопознание или самоосуждение, которое мы должны осуществить пред Богом, должно произойти посредством приговора совести, поскольку совершенная совесть как воплощение истины и добра есть не что иное, как присутствие Бога в наших душах.
Для самопознания, самоосуждения, прежде всего, необходима предельная искренность, бесстрашная и решительная. Быть искренним пред самим собой - одно из самых трудных дел, а для многих - невозможное. Быть искренним пред самим собой - это нравственный подвиг, совершить который, дано немногим. До известной степени - это вопрос воспитания.
Метод самопознания и самоосуждения используется также в педагогике и других гуманитарных дисциплинах.
Следующим душевным действием, которое требуется от истинно верующего, является добровольное принятие наказания.
Искренне познавая себя, видишь свою ошибку, грех, его величину и глубину, осознаешь свою виновность. Затем совесть твоя, подтвердившая эти обстоятельства, диктует необходимость искупления твоих грехов.
Следовательно, во всякой грешной и неправедной душе рождается идея претерпения лишений, самонаказания. Идея эта имеется почти во всех религиях и во многих из них выражается самым варварским и мстительным образом.
Например, японское "харакири", которое осуществляется как религиозный обряд. Японец, чувствующий тяжкую вину перед собственной совестью, вспарывая мечом себе живот, отдает душу с сознанием, что свой грех он искупил пред Богом достойным образом.
Христианство не приемлет ни подобного наказания, ни подобного отпущения грехов и не рассматривает самоубийство как геройство.
Напротив, смерть не может быть ничем иным, как "бегством от наказания, а самоубийство - вовсе не геройство, а слабость духа.
Подлинное геройство - продолжать жить, а единственный путь освобождения от греха и ошибок - возмещение их добрыми делами. Здесь мы уже имеем дело с третьей ступенью духовного развития, заключающейся в искуплени греха добрым делом. Исправлять самих себя, творя добро - вот в чём спасение наших душ.
Поэтому священник, служащий Литургию, еще не поднявшись на алтарь, молится и просит для народа:
"Да дарует вам время к покаянию и творению добрых дел".

Таково христианское понимание касательно превращения мирских злодеяний в добрые дела. Такова идея достижения наивысшей ступени нравственности, которая произвела переворот в сознании людей. Таким образом упорядочены внутренние переживания и чувства в душевном мире верующего человека.
Без осознания своих грехов нет совести, без этих переживаний - нет раскаяния и желания творить добро, без добрых и созидательных дел - нет Христа, нет спасения, нет Царствия Небесного.
Только встав на путь честных дел и творчества, человек хотя бы на мгновение осознает в себе пробуждение созидательных сил, а по завершении дела чувствует свою приобщенность Царствию Небесному, то есть, Вечности.
Где нет чувства вины и суда совести, где нет осознания человеческой греховности, оттуда удаляются Бог и Христос, явившийся в мир с целью показать людям существование совести в их душах. Он указал людям путь освобождения, очищения от человеческих грехов и ошибок, а именно - творение добрых дел, путь спасения, заключающийся в созидательной и творческой работе, Царствие Небесное, которое есть истина, добро и переживание прекрасного в душах, в мире любви и света.
Только ведомый этим светом, только идя по этому пути, человек становится достойным получить отпущение грехов, и тем получает жизнь совершенную, в мире со своей совестью, с легким сердцем, имеет на себе благодать, которая есть не что иное, как свидетельство Царствия Небесного в душе человеческой.
Царствие Небесное есть тот высший миг, который имеет место в нашей грешной и бренной жизни, в нашем земном существовании. Разве не это мы просим каждодневно:
"Отче наш сущий на небесах... да приидет Царствие Твое ... как на небесах, так и на земле".
В писаниях святых отцов нашей Церкви бесчисленны вдохновенные страницы, на которых глубоким и прекрасным слогом оплакивают они грехи свои. На этих страницах - искренность помыслов и чистота чувств отмечены поэтическими взлетами, являющимися драгоценными жемчужинами нашего духовного и поэтического наследия.
Вот, к примеру , скорбные думы Григора Нарекаци:
Грешен пред Тобой, о Великий Благотворитель, ничтожный я, грешен.
Грешен пред Тобой, Ты Луч Рассвета, мрак я и грешен.
Грешен пред безбрежной благостью милостей Твоих, поистине грешен.
Грешен пред любовью Твоей, о Милосердие Небесное, явно я грешен.
Грешен я пред Тобой, о Созидающий из небытия, да, точно я грешен.
Грешен пред несравненным простором объятий Твоих, недостойный я, грешен.
Грешен пред Тобой, обладающим светом безбрежным, лукавый я, грешен.
Грешен пред вкушением неисповедимой сущности Твоей, многажды грешен.
Грешен пред Тобой, дарующим непостижимые милости, постоянно грешен.
Грешен пред восхваляемым Телом Твоим Божьим, до смерти грешен.
Грешен я, Творец, пред обожаемой Кровью Твоей, доподлинно грешен.
("Книга скорбных песнопений, гл. 26 2; перевод М. С. Дарбинян-Меликян и Ц. А. Ханларян)
"Который нас ради, человеков, и нашего ради спасения"...
"Символ Веры"

Мы говорили об осознании греха, о тех душевных переживаниях, через которые человек судит о себе, внимая Слову Божиему, пред своей совестью, и добрыми делами, путем творческой и созидательной работы достигает внутренней благодати, которая в религиозном истолковании и есть чувство спасения души.
Божественным примером этому является сам Иисус, Сын Божий и Человеческий. Вечное значение Иисуса заключается не только в Его речах, переломных идеях, но в самой Его жизни.
Какое из событий жизни Иисуса является наиважнейшим, какое из деяний - величайшим? Это - Его добро-вольная жертва во имя великого завета, великой идеи.
Выше мы уже объясняли, почему верующий христианин должен с необходимостью по своей воле подвергнуться лишениям и страданиям с тем, чтобы получить отпущение грехов, должен, собрав все свои добрые душевные силы, работать для торжества добра и истины, для творения добрых дел.
Иисус в своих проповедях и наставлениях был строг: своим последователям он не обещал ни богатства, ни славы, ни какого счастия земного, но, напротив, требовал, чтобы каждый, если что "имеет, роздал богатство свое нищим и следовал его тернистым путем. Обратившемуся к нему богатому юноше Иисус отвечает:
"Пойди, продай имение свое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мной".
А в другом месте наказывает своим ученикам:
"Если кто хочет идти за Мною, отвергни себя и возьми крест свой и следуй за Мною".
Что есть крест этот, как не тяжкое бремя грехов на человеческой совести?
Однако, чтобы наставления Иисуса не остались лишь словами, но на современников и на будущее оказали бы глубокое воздействие, необходимо было, чтобы Иисус привел наивысшее доказательство того, что он сам должен нести крест до конца, но крест не своих грехов, а грехов всего человечества.
Наивысшее, подлинное доказательство, которым Иисус воздействует на человеческое сознание - его жертва. Иисус, требующий от людей узреть зло и ошибки, исповедаться в грехах, прийти к раскаянию и принести все в жертву, отказаться от любых материальных благ и мирских удовольствий ради спасения нравственности, сам подает величайший пример жертвы ради спасения всего человечества, "нас ради, человеков, и нашего ради спасения".
Иисус "Сын Человеческий" стал "Сыном Божиим", Иисус стал Христом, то есть, Спасителем.
Без страданий Иисуса и распятия, без имевшего место на Голгофе таинства жертвы Новый Завет христианской религии лишился бы своей основной и важнейшей ценности.
Христианство основано на этом таинстве жертвы.
В то время как иудеи для укрепления своей религии и веры просят явить им знамения с неба, а язычники просят мудрости, мы, христиане, восклицает Апостол Павел, проповедуем "Распятого Христа". По этой причине жертва Иисуса как основное понятие Нового Завета превратилась в таинство, которое посредством обрядов, молитв и песнопений освятилось под названием Святой Литургии.
Литургия (патараг, по-армянски) в буквальном значении - жертвоприношение. Обычай жертвоприношения известен и в других религиях. И язычники, и иудеи приносили животных в храм для жертвоприношения, веруя при этом, что животное примет на себя человеческий грех и, будучи принесенным в жертву, очистит душу хозяина.
Иисус отверг это лицемерное положение. Он дал людям наказ, чтобы каждый лично искупил свой грех пред своей совестью.
И наивысшее доказательство тому дал он своей жертвой за грехи человеческие. Своим распятием и смертью оплатил он долги человеческие.
Во время смерти на кресте Иисус разрывает, , то есть, долговую запись грехов человеческих. Идея эта нашла свое отражение в живописи: существуют церковные образа, хотя и редкие, на которых Иисус на кресте изображается держащим в руке разорванную бумагу.
Этот разорванный лист бумаги символизирует долговую запись человеческих грехов, которую Иисус своей жертвой оплатил и разорвал.
Христиане, с самого же начала поняв важнейшее значение жертвы Иисуса, почитание это превратили в особый обряд.
С первого же века христиане начинают служить этот обряд в его первоначальном виде. Впоследствии обряд первоначальной литургии обогащается, видоизменяется, и на протяжении нескольких веков Отцы Церкви и вдохновенные ее деятели совершенствуют его.

Святая Литургия, которую в наших церквах служат каждое воскресенье, есть таинство жертвы Иисуса, которым каждый верующий на миг возносится, и в душе переживает его страдания и безграничную любовь к людям, ради которых Иисус и жертвует собой.
Из этого не следует заключать, что поскольку Иисус принял смерть за грехи наши, то, следовательно, мы не имеем более на себе греха и можем жить без жала совести. Подобное понимание, несомненно, было бы очень наивным и совершенно неверным.
Иисус своей жертвой дал наивысшее свидетельство тому, что грех может быть искуплен и зло - побеждено, заплатив огромную дань за этот пример для человечества.
Жертва Иисуса - источник несокрушимой силы для каждого христианина, ибо зло побеждено, ибо открыт путь к освобождению от греха. Путь этот - Евангелие Иисуса, оставленный им Завет, следуя которому мы поймем, как должно очиститься от грехов своих.
Таков основной смысл Святой Литургии и ее огромное значение в душевных переживаниях христианина.
Перейдем к объяснению, насколько возможно доступному, обряда Святой Литургии. Как известно, Армянская Церковь - одна из старейших и существование ее берет начало в Апостольский век. После гонений и преследований, в начале 4-го века, в 301-м году после Р. X., проповедями Григория Просветителя христианство признается государственной религией Армянского народа.
Армяне служили Литургию начиная с первого века, по всей видимости, в ее первоначальном виде, нам совершенно неизвестном. Однако в четвертом веке, когда стали строиться церкви и организовалось духовное сословие, св. Григорий по возвращении из Кесари привез, должно быть, с собой служебник, находящийся в то время в употреблении в других Церквах, но также нам не известный доподлинно.
Ныне известны многие служебники, которые на протяжении нашей истории подвергались редактированию со стороны патриархов нашей Церкви и религиозных деятелей, посвященные, естественно, одному и тому же таинству, но различающиеся в молитвах, редакциях ектений, ритуалах, песнопениях и в других аспектах.
Наш нынешний служебник наше национальное предание приписывает св. Григорию и другим духовным отцам армянского народа, которые завершили те или иные части Литургии.
Как доказывают историко-филологические исследования, Армянская Церковь в начале пятого века употребляла служебник св. Василия Кесарийского, но впоследствии подвергла его изменениям, опираясь, в частности, на служебник св. Григория Назианзина, который по ошибке называется у нас служебником Афанасия (См. известную работу отца Овсепа Гатрчяна "Святые служебники армянские" Вена, 1827 г.).
В нашем служебнике есть также молитвы Иоанна Златоуста, например, "Благословляющий тех...", св. Григора Нарекаци, а также и другие незначительные изменения, которые были вызваны различными историческими обстоятельствами.
К десятому веку Армянский служебник получает уже свой окончательный вид, о чем говорят такие выдающиеся деятели той эпохи как Хосров Андзеваци и Нерсес Ламбронаци.
Здесь вспомним, что другие Церкви имеют несколько служебников, отличных друг от друга, но все находящиеся в употреблении. К примеру, во время Великого Поста Румынская Ортодоксальная Церковь попеременно служит Литургию по разным служебникам.
В Армянской Церкви с древности и до наших дней использовался только один служебник.
Обряды нашей сегодняшней Св. Литургии в своем изначальном виде если и представляют собой перевод с чужого служебника, тем не менее, на протяжении веков претерпев изменения и дополнения, в своем исполнении на армянском языке, особым характером ритуалов и, в особенности, армянскими песнопениями превратились в национальное достояние, которое нашей блаженной памяти предки кристаллизовали как драгоценный камень своей души, оставив нам в наследство незаменимое сокровище нашей духовности и культуры.
Воистину, наша Св. Литургия - не только религиозное сокровище, но и культурная ценность, благодаря божественной гармонии древнеармянского языка и музыки.
И во время Св. Литургии, в минуты, когда наши молитвы с ладаном и песнопениями поднимаются ввысь, кажется, Божественное Таинство и наш божественный язык "золотого века" состязаются друг с другом, превосходят друг друга и в то же время остаются равными и достойными друг друга.
Главными участниками Св. Литургин являются Священник, служащий службу, Диакон и Псаломщики.
Псаломщики представляют народ и все, что они поют, как бы исходит от имени народа, будь то ответ, выражение радости или прошение.
Исполнителем обрядов Св. Литургии является Священник. Именно он в силу своего положения произносит молитвы и за себя, и за народ.
Посредником же между Священником и народом является Диакон. Он - помощник Священника, служитель. Он также посредник и служитель Господа, Его Престола, Его Слова, подобно тому, как св. Стефан стал первым Архидиаконом. Но из всех обязанностей Диакона самой важной является роль посредника. Именно в этой роли Диакон внимательно следит за обрядами и, когда приближается значительная минута, обратившись к Народу, призывает его внимать, дает ему указания и советы и произносит от имени Народа слова, обращенные к Священнику.